Искра как память тела

Помехи связи — приходит сообщение в мозг главной героине мультфильма Ghost In The Shell (Призрак в доспехах), чьё тело полностью протезировано, она практически робот. Месячные начались — отвечает она.

Фильм Wall-E (Waste Allocation Load Lifter Earth-Class) нарративно есть история влюблённых роботов, спасающих человечество от одутловатости. Опустив антиутопию и героику, обратимся к роботам.

Жижек писал что ввиду реальности секса, его восприятие должно быть экранировано. Реальность должна быть пропущена через символическую обработку, для чего и нужен экран или фильтр: то, через что необработанная реальность будет символизирована или понята. В качестве примера он приводил любовную сцены в лесу, где звук водопада исполняет функцию экрана, делает сцену одновременно банальной и достоверной. Весь зал сегодня активно сопереживал кульбитам отношений влюблённых роботов. Экран в данном случае сыграл сразу несколько ролей (помимо отражающей):

1. Симпотоматизировал очеловечивание устройств, принятие пылесоса в семью, дружбу с кофемолкой
2. Снял цензуру на романтику, как некамильфо. Роботы ходят с зажигалкой, держатся за манипуляторы и танцуют под старые американские мюзиклы. Так как на роботов не распространяются стандарты банальности, выключается внутренний цензор, и сообщение достигает адресата, минуя обычные фильтры
3. Переопределил напряжение полов — в момент пика романтических отношений между роботами проскакивает искра, знаменующая катарсис. Также искра обладает терапевтическим свойством и лечит полностью пересобранного робота от беспамятства, т.е. оказывается памятью тела

Робот-мачо WALL-E есть технически устаревший ковбой, в то время, как робот-маха по имени Ева, EVE (Extraterrestrial Vegetation Evaluator) есть торжество современного дизайна, сверкающее белизной форм и оснащённое смертоносным оружием. Женщина выполнена как iPod, а мужчина как Буратино — постоянно латающий себя, заменяющий окуляры авто-франкенштейн. И в финале фильма, когда женщина собирает мужчину из частей, выполняя роль скорее Адама чем Евы — у неё получается голем, просто механизм, наделить который индивидуальностью удаётся только сверкнув искрой. Марии Шелли, сколь бы не блистательной, нужна искра (что-то ещё), чтобы вдохнуть жизнь.

Давно мне рассказали смешную историю: мама трёхлетнего малыша разложила на кровати кружевное нижнее бельё. Малыш посмотрел на бельё и сказал — счастье. Наконец стало известно, что счастье — это тёплый iPod.

Может сказать что хотел …

Лучше быть бедным, но здоровым, чем богатым и больным — гласит золотозубая брайтонско-одеская мудрость. О чём, по сути, фильм Марселя Сармиенто 2003 года “Лучше, чтобы тебя разыскивали за убийство, чем не разыскивали вовсе”.

Фильм “Хотел” Тимура Бекмабетова (который называется в русском прокате почему-то “Особо опасен”) тоже о том, что же лучше — быть самым лучшим коммерческим режиссёром далёких стран или не самым хорошим режиссёром среди самых лучших. Конечно, хотелось, как лучше. Конечно, получилось что получилось.

Но ведь многое получилось: на последних кадрах все негры в зале вздрогнули. Пятинца вечер, курочка съедена, напротив пункта кино вот-вот нарисуется жирная галка — и тут здрастье-приехали, а сегодня что для завтра сделал ты. Негры прямо выдохнули в унисон — типа ну не фига себе. А мне было приятно всё-таки — вот, думаю, знаменитое русское хамство! Диалог культур! Пусть Тимур и узбек а всё же — вышел в присядку, смог, не посрамил честь флага.

Русский в последнее время не переводят. Понятно же. В Индиане Джонсе не перводили, к примеру. И правильно что не переводят — пусть учат! Хули они не учат? У кого нефть есть? Кто в четвёрке самых развивающихся стран? А у кого кризис? Так что не хуй, надо учить как будет сыр по-нашему. Пригодится потом, когда продразвёрстка настанет.

Но вообще Хотел — в основном именно о том, что хотел. Снят фильм кажется в Чикаго или в чём-то таком. Хотелось бы в НЙ, но пока можно и в Чикаго. Или вот паучьи ручки Анжелины Джоли — хотелось бы Кейт Бланшет, но пусть пока и Джоли. Но видно что хотел, что желание было.

Хотел? Получи и распишись.

Городое слово Doodle

Против лживой элитарности искусства всё сказано. Экспертная оценка сконцентрирована в диалоге “Я художник!” — А по-моему ты говно!” Но искусство пешехода, помимо выкрика “ты говно” бывает более конструктивным — хотя и мимолётным. В перерыве между косьбой можно отломить краюху кислого хлеба, хлебнуть припасёного кваса, и — что и есть предмет интереса других косарей — начертить соломинкой в пыли гордое слово doodle.

Итак, doodle art (прошу занести в протокол авторство термина — моё, всякое сходство, а то и совпадение — случайно).

Индивидуализм Дэвида Бирна в его “Искусстве Мощной Точки” (PowerPoint Art) по-прежнему манифестирован через его сугубое я, освоившее необычный инструмент, эдакая пятая симфония, исполненная на варгане. С ослаблением романтических постромков приходят проекты, которые не анти-, а всего лишь не-.

Сайт “Искусство Офиса” (Art Of Office), несмотря на общую дряблость, содержит несколько простых и почти великих идеек, проигнорировать которые можно легко и без потери ритма, равно как и doodle art в целом — но только если китайские поэты, влажной тряпкой пишущие на асфальте стихи, кажутся глупцами, отапливающими улицу под названием “Безымянное искусство”.

Безымянное искусство не как смирение романтической гордыни в-жопу-ёбаного-шахматиста Дюшана или безвестность наскальных художников, но как извод идеи искусства-в-себе. Doodle Art — это искусство трёх Д: Доступными средствами — Доступные идеи — для Доступной публики. Важно что публика должна быть под рукой, т.е. нет ориентира на идеального вчитателя, нет претензии на работу для “себя и тех немногих, кто поймёт”.

Untitled:

Continue reading

об охуенном

день такой охуенный
и старушки такие охуенные
и хлебный мякиш такой охуенный
и голуби такие охуенные
и мошки такие охуенные
и лошадь такая охуенная
и извозчик такой охуенный
и я такой охуенный
такой охуенно пьяный
а извозчик какой-то охуевший
совершенно охуевший извозчик
но фаэтон охуенный
и жасмин охуенный
и я охуенный, очень охуенный
и вишня охуенная
и дом охуенный
и она охуенная
охуенная но нахуй
вот конь охуенный
и извозчик охуенный
хотя и охуевший.
не охуевай, поехали

деградация дискурса (from Homo Sapiens to Homo Factumus)

Некоторый прекрасный и сильно левый профессор James Howard Kunstler кричал в Монтерей “только прошу вас, не низводите свой дискурс до уровня потребителя”. Don’t downgrade your discourse to consumer level. Come thinking about it т.е. если задуматься, то сантимент профессора неправомочен. Консумеризм предполагает постоянное совершение выбора в пользу того или другого. Мысля консумеризм как тотальность, обнаруживается не бинарное отношение “купил/не купил”, а тяготы конносье или непрерывная экспертная оценка. Вариант “не купил” отсутствует — если не купил, то не потребитель.

Однако, что есть экспертная оценка, как не симптом мегаломании зазнавшегося и не критичного субъекта. Конносье не критичен к корпусу своего незнания, он не принимает его в расчёт — а одна из простых моделей накопления знания показывает, что чем больше мы знаем, тем шире наше знание граничит с незнанием. То есть в случае тотальности, или принуждения к выбору, вариант экспертной оценки означает торжество субъекта, индивидуальных качеств. Сама экспертная оценка тогда становится производящей силой, брендом — в производстве которого более всего и заинтересовано общество потребления. И коль скоро создавать новые бренды — бренды критические или кураторские — могут только конносье, которые опираются на свои субъективные оценки, то, таким образом, возникает ситуация благоприятная производству субъекта.

Более того, мысля консумеризм тотальным, мы окажемся в ситуации непрестанно вершащегося выбора, выбора, не всегда взвешенного, но всегда принятого. И эта решимость, это действие, эта эксплуатируемая приязнь представляется много позитивнее критики идей, первых шагов сократовской мысли (сарказм-маэвтика), бессильного бубнёж о том, как надо и о том, что хочется; или вот таких заметок на полях нечистых манжет.

Ждёт Homo Factumus царствие небесное