колька не выйдет

Не сможет выскочить, занят или запутался в гамашах, иль черевички не найти, или пропал, сгинул — не выйдет, ничего у вас с ним не выйдет: ни озорничать, ни хулиганить. Хватит жечь соседские газеты! Вот те на, выпустите кольку, изверги, не одному же гулять, пустите наружу его, что он там, в смраде и заперти, когда тут — снежки, пушистый мох, обжигающая прохлада, ёжистый мороз. Не выйдет колька — наказан (две странницы вечных, гулять и наказан, не ходят одна без другой).

Отчего заперт? Где оступился этот аскет, чем провинен, как оскользнулся, неужто бабушкино варенье? Враньё, он не из сластён, напротив — перчист. Рукоблудие под партой? Тоже мимо — робкий мних, он женился через много лет на деревенской дурнушке из чувства ложно понятого долга (после, много позже, уже в прыщах). Почему не выйдет сейчас, в снег, салазки, луну, тёмные тополя, отломанный зуб, порванные варежки, что за порча на нём, схимничество до срока?

Колька варит клейстер. Этот тягучий, умопомрачающий запах, жирный, тяжёлый одор, оранжад щёк, пакля в кухонной двери и деревянное вёслышко в жестяной консерве, чтоб не загустевал. Мутная жидкость с ледяными пузырьками в пригоревшей куличной банке, ожидание коричневой густоты — скрыты за приоткрытой дверью и лошадиной челюстью Елены Николаевны, засахаренной крыжовницы. Непобедимый клейстер! Теперь не бежать в пухлых шубках на горку. Прелая мука и столярный клей, щуплый колька и ветеранный дед его (Борис Николаевич) колдуют пред плитой. Выгнав бабу в телевизорную, варят раствор из заплесневевшей сыпи с червями. У них обморочная вонь и волшебство алхимиков.

Промазывать переплёты, когда винты, словно жеватки, схватят бумагу. Промазать торец для крепости, чтобы переплёт сел как надо: хватко, навечно, чтобы отставной артиллерист Борис Николаевич выстриг из журнала кусок романа, сплюсовал с номером следующим и нажал на скобу. После выпечки невиданные книги в чёрном школьном коленкоре уходят стоять на полку, слепленные едино куски никогда не бывшего целью. Таёжные байки, колхозные страсти, мусор соц-урбана — бравое наследие неграмотным правнучкам.

В резиновых кинонварных ботах шаркаю по только взявшемуся ледку, бубня: не выйдет гулять, варит клейстер, колька, колька. У меня этого клейстера на балконе полно. Неподалёку от неподшитого, но зачитанного романа сорок градусов ниже нуля в роман-газете или память сбоит, ставит пробелы где попало в такой палевой холщёвой обложке, где была история про гульфик на гаачьем пуху.

One thought on “колька не выйдет

  1. когда-то….

    мой друг, не-колька, склейстерил 40 томом из журнала “Новый Мир”

    Вы бы мне объяснили – зачем???

Leave a Reply