Два трактора

Всё говно, кроме мочи. Второй день Нового Года эта мудрость удерживает меня на плаву, потому что второй день, отравившись водкой из пластикового стаканчика, эти два компонента преследуют меня неотступно. Приятно мыслить в терминах симметричной двойки: целое легко делится на своих и чужих. Мао говорил — если есть проблема, раздели её на два. И решение будет находится в одной из разделённых частей.

Кино долго мыслилось как коммерческое и авангард, и даже эта очевидная дихотомия появилась не сразу. Кино-авангард возник скорее как ушедший в подполье мейнстрим прошлого, нежели как ясная антитеза коммерческим блокбастерам. Как не удивительно, кино было слишком пролетарским для элитного авангарда, и прошло 50 лет с момента съёмок первого крото-фильма, прежде чем авангардисты обратились к жанру синема. Кино было некамильфо для серьёзного действия, для экстравагантного демиурга, таково одно из объяснений позднего включения. Другое объяснение схоже с Микеланджелоским подходом к архитектуре: слишком дорого для непрофессионалов, слишком накладно для эксперимента. Камера, проявка, декорации — это было не для одиноких гениев. Возможно обе трактовки верны: всё говно, кроме мочи.

Андалузский пёс и Тачка во плоти, вращающиеся концентрические круги создали экспериментальное кино, которое стало скорее жанром-в-себе, нежели неким отдельно стоящим и непредсказуемым авангардом. Кино-Авангард легко узнавшем по дурацкому монтажу, по съехавшему звуку, по абстрактно-поэтическому пердежу, по непрофессиональным актёрам и чёрно-белому кадру.

Эта прекрасная судьба авангарда в кино — стать жанром, и никогда не быть противовесом. Кино в виду его массовости и технологичности почти сразу же стало слишком большим для бинарного разделения. То есть краткий миг с начала 30-х по начало 60-х было какое-то вялое напряжение между “настоящим искусством” и леденцами голливуда, но как-то невзаправду. Само противостояние было зыбким ввиду хотя бы документалистики, мешавшей делению на два.

А потом появились кино категории Б, которое болталось между, и ещё какое-то непонятное кино снимали в непонятных странах, и всё это разрослось и расслоилось, как беременная монада. И если вдруг кто-то пытается лихо разрубить пополам корпус фильмов на хорошие и плохие, экспериментальные и классические, авангардные и голливудские, то это или с перепоя или от духовной нищеты. И авангард, который воспринимается как прошлое кинематографа, — это от любви к авангарду, а не к кино.

Болея, я бессильно пялился в экран в поисках лекарства. Конечно, никакой панацеи не обнаружилось, зато всплыли несколько короткометражек братьев Алейниковых, 1987 года. Сборник назывался Трактора; следующий фильм был окрещён Трактористы-2, лучшей преемственности названий не выдумать. Алейниковы называли себя “параллельным кино”, отмежовываясь от экспеременального. Их называли соцарт, пока соцарт был в моде. А сегодня это узнаваемый жанр авангарда, контраста бы только добавить плёнке …

Кажется, эти короткометражки — это результат деления на два. Это эхо проблемы, и решение было в другой части.

Революционный этюд

Я холоден, ну и что

Leave a Reply