Spoiler Alert

Из всей программы Нью-Йоркского кинофестиваля 2010 года я выбрал четыре фильма, которые одновременно и то, и это. То — это их фестивальное качество: характерность для всей программы, необщность между собой, странность и страстность. Это — моя ре-интерпретация этих фильмов, опризмление взгляда. Активно преобразовывать увиденное в прочитанное (придумывать, о чём фильм) я полагаю самой интересной частью просмотра, и выбранные фильмы доставили мне максимальное удовольствие пересмотра.

На НЙКФ премьеры очень редки, и, если есть, то американского кино. В этом году показали Социальные сети, скучную зарисовку о том, что в начале корпорации лежит человеческая трагедия. Соцзаказ: романтизация быта калифорнийских стартапов и облагораживание корпоративных норм. Некогда популярный фильм о том, как поссорились Билл Гейтс со Стивом Джобсом мог широкой аудиторией быть забыт за давностью лет — и теперь новым героям нужны новые белила. Так же, как бендеро-марксистское заявление будто “всякое крупное состояние нажито нечестным путём” облагораживает равно Бендера и капитал, так и Социальные Сети облагораживают корпоративную культуру (так большой взрыв придаёт очарование парсекам вакуума).

Фильмы, о которых я пишу — не новые. Они давно (год, полотора назад) вышли в прокат в странах, откуда они родом. Год — это очень много дней, поэтому я буду говорить об их сюжетах и выбалтывать их тайны, не обессудьте. На станции метро, откуда отправляются поезда в самый хипстерский район Нью Йорка недавно появились табло с предсказанием времени прибытия следующего поезда. Золотая молодёжь города повесила весёлое дополнение к этому разносчику информации: осторожно, спойлер.

Spoiler Alert
Continue reading

Милая пизделица

Вдруг нужно написать текст туда и сюда, но, как всегда в таких случаях, наступает продуктивная прокрастинация, и после многих лет нечитания, я перелистываю ЖЖ.

Во первых строках своего письма я поспешу заметить следующее: “В Манхеттене” пишется через В. Я сам не ахти какой граммотей, но в рамках увиливания от настоящего дела можно и о нормативах. “На Украине” пишется через “на” потому что “на окраине”; и усилия сменить “на” на “в” достойны уважения, хотя и малореалистичны. Манхеттен — это район города, в котором живут люди. Не на котором, а в котором. Всякий раз видя написанным “на Манхеттене”, я вспоминаю гнусавую (и прекрасную) песенку Я самая красавия на районе“. Собственно “на Манхеттене” из той же арии. (Нью Йорк состоит из пяти округов, один из них называется Манхеттен. На острове Манхеттен жили до 15го века, потом на острове Манхеттен построили город Новый Амстердам; и со временем разросшийся конгломерат переименовали в Новый Йорк, одной из административных единиц которого стал оркуг Манхеттен, в котром и живут люди).

Пинание мёртвой собаки, конечно, но не могу пройти мимо: Этика мультивёрса. Удивил меня не сам текст, а реакция людей, большинство из которых я так или иначе знаю. Моё изумление вызвано тем, что вместо критики наблюдается поддержка. Вместо здорового скепсиса явлен дворовый патриотизм в масштабах отдельно-взятого Интернет сообщества.

С чего бы начать? Ну например с бритвы Оккама — не создавать сущности без нужды. Нужна ли мультивселенная для объяснения происходящего? Совершенно избыточна, как Бог, как корове пятая нога. Предсказывает ли мультивселенная что-то, что можно проверить или о чём не было бы известно заранее? Нет, не предсказывает ровно ничего проверяемого. Описывает ли мультивселенная действительность некоторым новым образом? Нет, мультивселенна не тестируема в силу данного ей определения, и не описывает ничего тестируемого, и нет возможности проводить контролируемые эксперементы.

То есть перед нами прекрасная шутка, где смеяться надо бы над наукой — да, действительно, трудно почерпнуть этические императивы из псевдо-научных гипотез, ибо получается ахинея. И вдруг эта шутка превращается в некую “рабочую гипотезу”, в марш согласных в лучшее будущее. Но рассматривать её сколько-нибудь серьёзно совершенно невозможно, ибо ни один из критериев, предъявляемых научным мышлением, не выполняется. Отчего же множество людей, слабо знакомых с наследием Декарта, находят оправдание научности в той бездне надежды, которая содержится в весьма исковерканном описании мультивселенно? Вероятно, представления о научности и том срезе, после которого наступает филология, очень размыты.

Кода этой милой ереси оказывается предписанием о том, что нужно жить, ценя знания и структурируя их со всё большей степенью сложности. Переиначивая шутку Эйнштейна, если бы это предположение было верным, то они не смогли бы его сделать.

Кино в Нью Йорке или Enough of this crap already!

“The true New Yorker secretly believes that people living anywhere else have to be, in some sense, kidding.”
John Updike

“Настоящий Нью-Йоркец втайне уверен, что людей, живущих в любом другом месте, нельзя воспринимать до конца всерьёз.”
Джон Апдайк

Для простоты можно предположить, что Нью Йорка нет, есть только кино про этот город, которое снимают и снимают, во всех ракурсах, обо всём на свете. Начали строить декорации и увлеклись. А потом стало жалко ломать; а потом для очередного фильма нужно было достроить Empire State Building, чтобы было как в Нью Йорке из предыдущего фильма. Так потихоньку выстроили Готам-сити со злыми пингвинами. В нём живут и Бэтман, и Супермен, и Человек-Паук, живут как в кино; а после съёмок спускаются в поздезмку, и снова живут как в кино. Если в метро встретишь незнакомое лицо, значит пилотная серия не пошла в производство. Забытые актеры, прекрасные, но потасканные, отчаявшиеся, но с неизменной улыбкой, приносят в кафе меню пока разжалованные ассистенты вытирают столик. Можно приезжать в Нью Йорк, а можно смотреть кино с участием этого города. И от одного и от другого под вечер глаза устают смотреть.

Кино в Нью Йорке тьмы и тьмы, и оно происходит везде и всегда. Потому что не кино нет, так или иначе все работают на камеру. Я сижу на крыше и пишу эту статью, а звёзды-софиты с луной-прожектором смотрят вниз, подсвечивая сцену для любительской камеры безопасности. Есть Нью Йорк, воспетый от суицидального “Next stop, West Village” через невротичный “Manhattan” до инфантильного “Sex and The City”, это образцово-показательный город, его фрагменты. Кино везде: идти по улице и не встретить съёмочную труппу надо по специально выбранному маршруту. Город является одним из самых любимых задников в кино, и даже “Синекдоха, Нью Йорк” снимался в Нью Йорке (в бруклинском районе Дамбо, DUMBO = Down Under the Manhattan Bridge Overpass). Синекдоха — это оборот речи, состоящий в назывании целого через его часть или наоборот. “Синекдоха …” — это история о том, как театр пытается воссоздать клочок реальной жизни — и не может насытиться, и продолжает городить воссоздание до неразличимости с настоящестью, пока смерть не выходит с экрана в зал. Так вот, этот фильм снимался в Нью Йорке.
Continue reading

Делос

Fuck You

Я живу как боги
В скучном достатке величия
Хочешь бабу из праха – похить
Но знай: не поймут
Ни порученцы, ни молельщики, ни ликурги.
Как не крути — выходит не складно,
На пол-пути остановись,
Брось на безымянном необитаемом острове
Мчи в Индию за топорами.
Сколоти помост, занавесь гирляндами выход
Стучите! И вам откроется,
Жгите, и пепел станет ячмень через две зимы,
Вейте, и вёдро раззявится небо индиго,
Жалом сломанной прялки притопывая сквозь скрип
Будто вдали брешут псы
Осклабясь на бамбуковую двуколку,
Запряжённую низким солёным солнцем.

По буеракам, огибая чертополох,
Ветками выстлана прямая линия.

Счастье знать

Придёт Дудой, растормошит
И что мы будем делать?
Смешное дерево самшит
Посадим перед дверью

Чтоб каждый приходящий в дом
Отринул бы Сомнения
Ты был говном, ты сыт говном
Без всякого сомнения

господин дудой

We turn round in the night, consumed by fire, Cordoba, Spain, 2010

In girum imus nocte et consumimur igni. Sidonius Apollinaris

прошёл один и начался другой
пройдёт и он начнётся кто-то третий
я вам пишу мой господин дудой
без запятых заглавных и наречий

я вам пишу как вы писали мне
одной рукой не шевеля губами
мелок крошится льдисто на окне
прощайте все устал скрипеть глазами

Термодинамическая романтика

1. Цель оправдывает средства (способ перехода от состояния А к состоянию Б не важен и не влияет на конечное состояние системы)
2. Смерть неизбежна (переход от тёплого к холодному необратим)
3. Жизнь напрасна (энтропия является единственно-устойчивым состоянием системы и равна нулю при абсолютном нуле)

Из

Become Your Dream

Из чего все мы сделаны? Из говна и из пластика
Из зелёного чая “Весёлая Свастика”
Из надежд и отчаяния наших бабушек
На любовь и прощение наших прадедушек
Из блеклого липкого сдобного катыша
Изо рта изумлённого в кашу упавшего
Из уличных тёток, красивых и жадных,
Накормивших бесплатным обедом случайно
Из контейнеров, высланных до востребования
Из поездок, отложенных, в Громодедово
Из двух лун, не взошедших на ночь Восстания
Из дебелой Греты на первом свидании
Из открытой форточки в пору муссонов
Просифонившей воздуха сорок пистонов
Из оранжевой девочки в бархатном платье
Колесом прошедшей между объятий
Из теплиц, завлекающих мерным шорохом
Красных птиц, до конца не прощённых сторожем
Из простуженной дали с хрупкими видами
Из главы по истории с яфетидами
Из друзей, не похожих на гуманоидов
Из зимы с пыльном градом из астероидов
Из полян, перемешанных с гарью, и света,
Папоротник пронизывающего кастетом,
Из межзвёздного тёмного бомбардировщика
Промелькнувшего татем нескромной ночью
Из горячего чая в холодной комнате
Из дыхания, переходящего в стоны
Из зелёных глаз в полумраке кондитерской
Из зеркального блеска скафандров родителей
Из папье-маше, карандашей, готовальни
Из поломанной бритвы в кровавой ванной
Из говна и из пластика, пепла и смелости
Земли, нежности и неумелости

Междустворчие

RIP

Мне ничего — я между языками
Как в жопе гвоздь
Как грязный палец
Которым машут малышу
Нельзя мараться, укушу
Шипит шалун на перепутьи
Ты ящер, пальчики отбрось
На месте их взойдут другие
Уже не пальчики, но крючья
Уже не мальчика, но зверя
И уши станут словно гири
Какими можно мерять бремя
Двойного дара тишины
Двухгорлия мокротных комов
Удвоенного рта знакомых
Чьи только выдохи слышны
А вдохи? Вдохи не слышны
А чихи? Чихи не слышны
А охи? Охи не слышны
Гремит состав на полустанке
Пылают шпалы, пышет кокс
Рыдают буксы, гнутся краны
Змеится гари варикоз
На щебне между клякс мазута
Кольцом языскан блещет труп
Зелёный хвост травой оброс
Кляня взасос насмешку чью-то
Двустворчат, спит уроборос
Как брошенная хула-хупа
Как выброшенный хула-хуп

Элегия

Injecting Drama

Спиздили давно раскладные стулья
И уже нельзя ничего понять:
Где сидел отец, где галдели судьи,
Где играл оркестр, где рыдала мать

Много утекло, многие не живы
С той поры волшебной, когда снились сны
Тем, кому сейчас ничего не видно,
Кто густые веки смежил до весны

Были топчаны, переодевалки
Солнце припекало покрасневший нос
Буря во дворе сор поразметала
На земле оставив бурый шрам-засос

Кто сидит на них, стульчиках железных,
Крутит равнодушно заржавевший винт
Треснет в тишине хрупкая промежность
Упадёт на жопу похититель-инвалид